Нотр Дам де Пари

0

Наша Леди. Наш друг.
(Our Lady – используется как имя Девы Марии).

Мы сегодня стоим на священной земле.
Возможно, даже более священной,
чем вчера.

Я не знаю.

Она переросла свою старую форму.
Её не могла больше вместить её собственная форма.
Теперь она больше, чем была.
(Не доверяй своим глазам полностью, любовь моя). Вот она, вознесенная в огне!
Пусть твое сердце разобьется, но отпусти ее.
Она была готова.
Она хотела Бога.
Больше, чем себя.
Наша Леди. Наш друг.
Вернулась в небо. Вернулась к основе.

Посмотри под ноги. Вот она.
Загляни в свое сердце. Вот она.
Загляни в свою память. Вот она.

Смотри везде, кроме
того места, где она когда-то стояла.

Даже Божьи дома должны рухнуть.
Непостоянство – это закон,
делающий всё священным
еще до освящения.

Это больно. Больно, я знаю.
До такой степени, что не удержать.

Наша Леди. Наш друг.
Ты удерживала все молитвы!
Надежды и мечты миллионов людей.
Матерей. Любовников. Отцов. Детей.
Все секреты. Слезы и печаль.
Все предано сегодня огню.
Говорят, Ты просто здание,
но всё же, не все.

Разрушение. Возрождение.
Вода и пламя.
Утрата и восстановление.
Надежда и отчаяние.
И это бедное человеческое сердце,
пытающееся разобраться во всём этом.

Мы стоим сегодня на священной земле.
Возможно, даже более священной,
чем вчера.

Не знаю.

Прощай, мой друг.
~ Джефф Фостер –

Джефф Фостер.

****

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану.

Зоя Звиняцковская

в 6:50 вечера поступил первый сигнал о возгорании в районе крыши Нотр-Дам. ну и вы же понимаете – это объект номер 1 наверное у них там.

приезжает первая пожарная бригада и начинает работы по тушению. к ней присоединяются другие. работы выглядят бледно и беспомощно, явно не соответствуя уровню и ценности объекта. все в панике и безумии, но среди тысяч голосов на всех языках рефреном повторяется бешеный крик: что же пожарные?!

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану.

план выглядит, мягко говоря, херовым. в 8 вечера шпиль собора горит как свеча, это огромное неукротимое пламя и весь мир в ужасе смотрит на трагедию. все хотят сохранить эту уникальную жемчужину западной цивилизации, все требуют неотложных, экстренных мер

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану.

охваченный пламенем шпиль собора на глазах у всего мира кренится вбок, надламывается посредине и падает на гибнущее здание. люди не верят глазам, кажется, наступает конец времен. те, кто постарше, вспоминают свое личное, внутреннее, ни с чем не сравнимое чудовищное ощущение вакуума внутри, чувство конца света, когда упали башни-близнецы. они не думали, что переживут это вновь

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану.

я не могу представить, сколько человек разной степени влиятельности в первые полчаса пожара позвонили начальнику пожарных и сказали, прокричали, велели ему: примите меры! ГДЕ ВЕРТОЛЕТЫ? что ж вы не сбрасываете с воздуха воду? это ж наша святыня, надо что-то делать!!! Даже Трамп (!) написал этим французским недотепам в твиттер – ВОДЯНАЯ БОМБА, придурки, вот что вам сейчас нужно! мы, американцы, мастера по сбрасыванию бомб и теперь я даю вам мой компетентный совет. Залейте его водой с неба, наконец!

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану.

параллельно представитель собора прямо на фоне пылающего здания примерно каждый час дает блиц пресс-конференции журналистам. он растерян, но выполняет свою работу. он общается с прессой. он говорит то, что все и так видят: СГОРЕЛО ВСЕ, говорит он – ну вот просто все. он повторяет это каждый час после 10 вечера. Люди вокруг плачут, молятся и кричат от ужаса.

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану.

не видно ничего, фото с дрона дает апокалиптические картинки, там просто море огня и кажется, уже все равно, что делать. жалкие струи воды выглядят на фоне адского бушующего пламени как насмешка. все эти ужасные часы агонии это выглядело как насмешка, черт побери! первое, что надо сделать потом – разобраться с этими пожарными! пламя подбирается к башне западного фасада

Пожарные оживляются, выходят на связь и внятно говорят: сейчас важный момент. если в башне вспыхнет огонь, то может упасть колокол. он пробьет конструкции и западный фасад может частично завалиться. вот сейчас мы действительно поднажмем, но гарантии дать не можем, это стихия

вытащенные из баров, хранилищ и постелей искусствоведы в разных странах и часовых поясах по скайпу перечисляют утраченные сокровища и скульптуры на фасаде. на них (искусствоведов) больно смотреть. они в растерянности и шоке, они буквально убиты утратой, само описание памятника, которое они делают по запросу журналистов, вгоняет их в ступор прямо в процессе интервью.

Башня фасада вне опасности, пожарные сухо информируют, что хотели бы зайти внутрь (!!!), чтобы укрепить стены изнутри. все пропускают эти слова мимо ушей, продолжая оплакивать утрату

обрушения стен ждут с минуты на минуту, в сети идет спор о том, стоит ли восстанавливать сожженное дотла здание. одни говорят – это символ европейской цивилизации. другие – жалкий новодел не заменит бесценную погибшую святыню. мнения разделяются, начинается дискуссия. о соборе говорят как об уже несуществующем.

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану.

пожар бушует уже больше 6 часов, кажется, выгорело все, что можно, опустилась ночь и за клубами дыма толком не видно уже, что там со стенами

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану. в какой-то момент, уже глубокой ночью, они сообщают, что пожар потушен.

президент Франции, официальные люди и пресса буквально врываются в центральный неф собора, несмотря на то, что сверху в дыру, где стоял шпиль, еще сыпятся пылающие угли. внутри темно и спокойно. на стенах даже нет видимой копоти. интерьер не тронут. каменная коробка, увенчанная сложными готическими сводами – тоже из камня – защитила внутренность собора от пылающего над ней деревянного леса крыши.

какая-то взволнованная женщина – представитель французских властей, отвечая прессе на вопросы о сохранности интерьера, говорит “там все на месте, буквально нет ни одного обгоревшего стула”. по ее щекам текут слезы

пожарные исчезли из поля зрения

вся каменная конструкция собора сохранена полностью, интерьеры и сокровища искусства на фасаде и внутри вне опасности, по факту сгорела только деревянная крыша, часть ее была построена еще в 12 веке. восстановительные работы начнутся завтра утром, говорит президент Франции; вот вам первые 100 миллионов евро для начала, говорит виднейший французский бизнесмен час спустя. объявлен сбор пожертвований.

все это время у пожарных был план. который они составили заранее. они знали все о конструкции собора. знали, что под крышей – деревянные опоры. а под опорами – готическое кружево камня. знаете, средневековые соборы очень хрупкие. их могли строить такими высокими только за счет облегчения конструкции. система несущих колонн, промежутки между ними заполнены легкими материалами вроде обычного кирпича – или даже просто дырки арок и витражи. готические своды – то же самое. вот эти “ребра” на потолке – они и держат свод. они очень тонкие, там прочность полтора ( архитекторы меня пойму и поправят формулировку), и разрушить их очень легко.

во времена Французской революции новая атеистическая власть массово разрушала католические готические соборы во Франции. это дело было поставлено на поток так, что даже один архитектор написал специальную техническую книгу: “Как взрывать готические соборы”. со схемами и планами, так вот, для разрушения огромного собора надо всего лишь 3 кг взрывчатки, которые необходимо установить в трех ключевых местах. Всего лишь, понимаете? Взорвать их – и собор рухнет.

Пожарные точно это знали. они знали гораздо больше – они знали ВСЕ ЧТО НУЖНО, для принятия правильных решений по спасению памятника. Нельзя было сбрасывать воду массивом – она бы пробила каменный потолок.

Нельзя было даже просто лить воду сверху – огромная масса воды, которая скопилась бы на крыше как, в ванной с бортиками, рано или поздно продавила бы потолок и он бы рухнул. они сразу это сказали. и продолжили делать свою работу. 400 пожарных. они и сейчас еще там работают – охлаждают нагревшиеся элементы и гасят остаточные очаги. делают свою работу

итого: 1) потрать время на подготовку, изучи проблему максимально. потом времени не будет. 2) имей силы отстоять свое видение, не дай никому тебе помешать 3) делай свою работу 4) будь готов к тому, что никто не оценит добытый тобою результат 5) не рассчитывай на благодарность 6) будь готов сделать это еще столько раз сколько понадобится.

мне кажется, довольно легко запомнить

пысы – добавлю фотки, а то люди не верят. да и правда, поверить трудно. первое фото – как это ВЫГЛЯДЕЛО. выглядело это как адский котел со смолой. мы не знаем, что мы видим относительно мелкую “коробку” крыши, под которой каменное дно потолка. мы уверены, что горит прямо на полу, правда? и я так думала. второе фото – люди входят в нетронутый собор. дыра в потолке – там, где был шпиль. из дыры падает раскаленный уголь. над тонким каменным потолком еще пылает пожар. но внутри огня не было
смотрите – дальше фото сегодня утром.

 

вот он, неф, и роза, Yuri Makarov, роза уцелела, во всяком случае тут, над северным входом, уцелела, вы видите?)

****

Raz Vita: Величие и красота храма…
величие, мудрость и красота души человека, которая способна охватить целиком и изучить в деталях и связях глубину пространства и времени – и создать новые измерения.

 

Notre Dame
Где римский судия судил чужой народ –
Стоит базилика, и – радостный и первый –
Как некогда Адам, распластывая нервы,
Играет мышцами крестовый легкий свод.
Но выдает себя снаружи тайный план,
Здесь позаботилась подпружных арок сила,
Чтоб масса грузная стены не сокрушила,
И свода дерзкого бездействует таран.
Стихийный лабиринт, непостижимый лес,
Души готической рассудочная пропасть,
Египетская мощь и христианства робость,
С тростинкой рядом – дуб, и всюду царь – отвес.
Но чем внимательней, твердыня Notre Dame,
Я изучал твои чудовищные ребра,-
Тем чаще думал я: из тяжести недоброй
И я когда-нибудь прекрасное создам…
1912

О.Э.М

**********

“В последние месяцы во Франции участились акты вандализма, поджогов и осквернения христианских реликвий в католических церквях и соборах. Пожар в Соборе Парижской Богоматери. Фоторепортаж по ссылке http://newsru.co.il/world/16apr2019/france_506.html…
Последний крупный инцидент такого рода произошел в Париже в середине марта, когда возник пожар в Церкви Святого Сульпиция. В феврале во Франции подверглись нападениям не менее десяти церквей. Речь идет об инцидентах в Ивелене, Лаворе, Ниме, Кот-д’Оре и других городах в разных регионах страны.”

****

“Если спросить у трезвых немцев, как они относятся к мигрантам, то все, опасаясь прослыть расистами, ответят, что прекрасно. Однако стоит выпить пару кружек пива, и их мнение изменится”, — шутит Петра Келер.

Вместе с мужем Йоргом она прожила в Гамбурге всю жизнь. В уютном доме из красного кирпича в самом центре города они воспитали двоих детей. В гостиной — фотография церкви. В этом храме они венчались в 1985 году, потом крестили сына и дочь. Теперь тут мечеть. Деньги на нее выделили власти Кувейта.

В последние полтора десятилетия прихожане практически не ходили в церковь, здание пустовало. “Там, где раньше был крест, сейчас красуется надпись: “Аллах”. Немцев среди соседей все меньше, на дверях домов — сплошь арабские и турецкие имена. Мы стараемся поддерживать с ними хорошие отношения, однако порой чувствуем себя здесь иностранцами.

На некоторых автобусных остановках какой-нибудь суахили звучит чаще, чем немецкая речь”. Ей совсем не по душе, что церковь превратили в мечеть. Но она не считает это поводом переходить на сторону ультраправых. “Ни за что на свете я не буду голосовать за “Альтернативу для Германии”.

Мы с мужем всегда поддерживали социал-демократов и предпочтений своих не изменим”. Тем не менее из-за притока мигрантов жизнь в ФРГ заметно меняется. Согласно данным федерального статистического ведомства, каждый пятый в стране — мигрант, а каждый четвертый новорожденный — иностранец.

Врач Майке Манц, давно работающая в родильном доме, не выходит на смену без карточек, где записаны самые необходимые фразы на арабском, румынском, турецком или фарси. Принимая новых сотрудников, она отдает предпочтение тем, кто владеет хотя бы одним из этих языков. Поистине незаменимым для клиники стал Суфан Абдулхади — доктор из Ливана, живущий в Германии с 2008 года.

“В этой больнице я говорю на родном арабском намного больше, чем на немецком”. (….) Тягостное впечатление произвели многочисленные теракты в странах ЕС, особенно рождественская атака в Берлине в декабре 2016 года. Тогда выяснилось, что все это — дело рук тех, кто попал в Европу вместе с потоком мигрантов. Запомнился и сексуальный скандал после новогодней ночи в Кельне. Десятки женщин заявили в полицию о грубых домогательствах и ограблениях.

В декабре 2016-го во Фрайбурге задержали афганца, изнасиловавшего и убившего 19-летнюю студентку. В 2017-м палестинец, которому отказали в предоставлении убежища, напал с ножом на посетителей супермаркета в Гамбурге — один человек погиб, шестеро получили ранения. Летом этого года немецкие власти добились экстрадиции из Эрбиля иракского беженца, убившего 14-летнюю девочку в Висбадене. Его будут судить в Германии. https://ria.ru/20180910/1528141511.html…

*****

подборка по теме создана по материалам новостей

Choose your Reaction!
Оставить комментарий